Европейский Союз все-таки вводит запрет на импорт иранской нефти и нефтепродуктов, а также их приобретение, транспортировку и соответствующие финансовые операции.
Отныне инвестиции в предприятия нефтехимической отрасли Ирана, равно как и совместные предприятия в этой сфере, признаются незаконными. Кроме того, вводится запрет на экспорт оборудования и технологий для иранской нефтедобывающей отрасли.
И в завершение замораживаются активы иранского центробанка в ЕС, запрещается торговля драгоценными металлами и камнями с иранскими официальными представительствами. Торговля разрешенными товарами также будет вестись с ограничениями.
Таким образом, к 1 июля все страны Евросоюза, покупающие нефть у Ирана, должны полностью свернуть с ним сотрудничество в этой сфере. В распоряжении Ирана есть лишь пять месяцев, чтобы перенаправить свою нефть на другие рынки, а у его недоброжелателей — чтобы отговорить прочих покупателей иранской нефти от продолжения сотрудничества.
Заметим, что ограничение нефтяного экспорта из Ирана фактически является единственной существенной экономической мерой воздействия, способной повлиять на реализацию амбициозного атомного проекта.
На первый взгляд, реализация подобного плана, грозящего Ирану падением экспорта более чем на 40 процентов, означает катастрофу.
Но как заявил в интервью "Правде.Ру" профессор "Высшей школы экономики" Иван Родионов, "даже в самом крайнем случае Иран может затянуть пояс и продержаться довольно долго. Иранское население итак живет небогато, и ему не привыкать к ограничениям.
С другой стороны, оно сплотится вокруг своего правительства".
Как показывает практика, такие методы сдерживания не очень эффективны. Вспомним, как Запад пытался сокрушить режим Саддама Хусейна с помощью нефтяного эмбарго. Нельзя забывать и о том, что Тегеран заблаговременно перевел большую часть своих счетов в банки азиатских стран.
И в данный момент его "подушка безопасности" превышает 100 миллиардов долларов, что позволяет достаточно длительное время продержаться на плаву.
К тому же принятое странами ЕС решение уже привело к повышению цен на нефть, что, в первую очередь, ударило по проблемным странам Европы. Так, по сообщению Афинского агентства новостей, в результате средняя отпускная цена топлива в Греции уже повысилась на пять-шесть процентов.
На данный момент лишь 18 процентов иранской нефти закупались ЕС, тогда как почти половина — странами Дальнего Востока, включая Китай, Южную Корею и Японию. Последняя, на долю которой приходилось около 14 процентов потрябляемой в мире иранской нефти, уже дала принципиальное согласие своим американским союзникам в течение трех месяцев переориентировать поставки "черного золота".
От Южной Кореи принципиального согласия пока добиться не удалось. И еще тяжелее будет добиться его от Китая, крупнейшего потребителя иранской нефти, для которого ориентация в плане энергопоставок на независимый от западного влияния Иран является стратегической.
Наконец, есть и такие страны, как Индия, Турция и ЮАР, на которые в сумме приходится почти четверть иранского нефтяного экспорта. Какой же будет ответ самого Ирана? МИД Исламской Республики указал, что "санкции в отношении иранской нефти — это психологическая война…
Их введение является нелогичным и нечестным, однако это не помешает нашей стране добиваться своих прав. Европейские страны и те, кто находится под давлением США, должны подумать о своих интересах.
Любая страна, которая лишает себя иранского энергетического рынка, в скором времени увидит, что ее заменят другие".
И хотя можно расценивать это заявление как блеф, но ясно, что для Китая это действительно блестящая возможность занять иранский нефтяной (а заодно и газовый) рынок. Во-первых, таким образом он покроет ливийские издержки, а, во-вторых, обеспечит энергобезопасность с учетом роста собственной экономики.
Однако нельзя забывать и о том, что в этом случае Китай сознательно пошел бы на заметное ухудшение отношений с Западом.
Впрочем, когда дело касается его энергобезопасности, он готов, как показывает, к примеру, ситуация вокруг архипелага Спратли, отстаивать свои интересы до конца.
Другое дело — насколько быстро и в каком объеме Китай или третьи страны (например, Бразилия), смогут заполнить "иранский вакуум". И в том случае, если сделать это в полной мере не удастся, это неизбежно отразится на союзниках Исламской Республики и степени их поддержки.
Достаточно указать на то, что-то же движение "Хезболла" фактически находится на ее содержании. Немалые суммы уходят и на поддержку сирийского союзника. Даже малейшее сокращение иранской помощи может обернуться для него самыми негативными последствиями.
Есть, конечно, и вариант с перекрытием Ормузского пролива, о чем уже предупреждали представители Исламской Республики.
Но он стал бы гибельным для Тегерана. Во всяком случае пока ему не стоит ввязываться в авантюру, чреватую нанесением по нему удара, о чем уже предупреждал американский министр обороны Панетта.
То, что Иран провоцируют, видно невооруженным глазом. Например, США сосредотачивают в регионе три ударные авианосные группировки, и в ответ на заявления Тегерана о том, что он не допустит прохода в Персидский залив американских авианосцев, 23 января один из них, "Авраам Линкольн", беспрепятственно пересекает установленную Ираном "красную черту".
С одной стороны, это наглядно демонстрирует решимость США заняться иранской проблемой "вплотную", не исключая и силового сценария, с другой — показывает, что воинственная риторика Тегерана не всегда воплощается на практике. Правда, здесь нужно все-таки отдать ему должное, поскольку самоубийственная атака не отвечает прежде всего его интересам.
Как известно, перевес в силе во всех отношениях у США. А для Вашингтона же проявление иранской агрессии было бы удачным поводом для "адекватного ответа".
| 
