Меню
Назад » » 2020 » Март » 6

Почему во Ржеве до сих пор разруха, как после войны



Жить в современном Ржеве - тоже и подвиг, и жертва...

ЧУЖИЕ ЗДЕСЬ НЕ ХОДЯТ

Второй по величине город Тверской области чужих пускает к себе неохотно. Своих - тоже. Если неосторожный путник вздумает свернуть с трассы Москва - Рига по указателю «Ржев», он тут же упрется в так называемую дамбу - узенький проезд под железнодорожной насыпью с непроходимой пробкой и ямами по колено, небрежно забитыми красным кирпичом. В январе здесь выломал ступицу междугородный автобус и завалился на бок, прямо на захлюстанное серенькой грязью ограждение с табличкой «Проход пешеходов запрещен». Без грязевых ванн «дамбу» не преодолеть, поэтому умные пешеходы перелезают через железнодорожную насыпь.

К единственному музею не было ни лесенки, ни дорожки - я просто съехал по откосу, скользя по льду и прыгая через островки грязи. В музее меня встретили заведующая Ольга Дудкина и Виктория Кузнецова, научный сотрудник. Говорили о войне - город был оккупирован немцами 17 месяцев. О так называемом военном туризме и людях, которые «едут в Ржев со всей страны и из ближнего зарубежья» и «все экскурсии с апреля по май уже расписаны»... Я заметил осторожно: мол, мне кажется, что город еще не вышел из той войны, не закончил ее. И попал я этими словами в самое больное место.

- Уцелело всего 297 домов. Историческое лицо города утеряно. Сколько осталось коренных жителей? - Ольга Дудкина на секунду задумалась:

- 8 марта 1943-го, сразу после освобождения Ржева, здесь был митинг, пришло все население района - 362 человека. Сейчас у нас, как до войны - 59 тысяч человек. Но война никуда не ушла. Ржев, сколько себя помню, не может благоустроиться, вот эти разбитые дороги - туристы спрашивают: «Это после войны осталось?» Дома разрушенные стоят, можно тоже рассказывать людям: «Это после войны». Хоть табличку вешай. И город на костях стоит.

Мы помолчали, я спросил:

- А где молодежь?

- Так у нас это называется «Трамплин на Москву». Мужики на вахте в Москве, женщины тоже пытаются. Хорошо, электрички прямой нет, так все бы и уехали...

Виктория вдруг включилась в разговор:

- Родственник пошел на завод градообразующий, не скажу на какой, у нас их немного. Рабочий - зарплата 17 тысяч! Рабочий, со стажем... Люди просто хотят нормально зарабатывать!

- Вообще все логично, - с научной рассудительностью подытожила Ольга. - Наши родители уехали из деревень, а наши дети - уже из городков. Мы, конечно, надеемся, что Ржев продержится дольше. Но географическое положение ему не на руку - мы в треугольнике Москва - Тверь - Петербург.

На следующий день, я понял, моему коллеге - фотокору Мише Фролову нужно было срочно ехать в столицу. Мы потолкались на автовокзале Ржева, посмотрели расписание, а потом я плюнул и повез его на электричку, за добрую сотню километров - в подмосковный город Волоколамск. Который тоже пережил войну, но оказался по-европейски ухоженным антиподом Ржева.

СЕМЬ МЭРОВ ОДНОГО ГОРОДА

Несмотря на то, что за 10 лет в городе сменилось 7 мэров, общественная жизнь Ржева пугала своей стерильностью. В группах типа «Подслушано в...» чествовали заслуженных учителей, возлагали цветы и открывали автобусные остановки. Политическая жизнь была представлена депутатом от партии власти - к нему идти не хотелось. Был жириновец - базирующийся в Твери и редко появляющийся в родных палисадах. Оппозиционная местная поэтесса Любовь Колесник жгла о насущных проблемах Ржева, но жгла издалека, то из Твери, то из Питера:

«До миллиона людей погибло. Чтобы что? Чтобы город остался столицей смерти? Я хочу фильм про пастилу и старообрядцев! Городу 800 лет! Нет других сюжетов? Жизненных! Радующих!» - поэтесса бросала в бездушный интернет пламенные слова, от которых ничего не загоралось.

Оставались только коммунисты.

- Вы где машину оставили? - с отеческой заботой спросил меня Артем Гончаров, депутат Заксобрания Тверской области. И объяснил:

- Я когда приезжаю в Ржев, дольше часа не оставляю машину на улице. Привык. У нас тут с 90-х был всероссийский отстойник угнанных машин.

- А воду тоже отстаиваете? - пошутил я. - Она у вас цвета «Буратино», только несладкая.

Оказывается, по ржевским меркам, «Буратино» - отличная вода. Вот цвета «Байкала» считается уже плохой.

- Когда сюда приезжал Путин, в середине нулевых, здесь была вспышка гепатита, а потом массовое отравление. Город внесли в федеральную программу - чтобы построить новые очистные. За миллиард триста миллионов рублей. Потратили миллиард, но до сих пор все это стоит в поле в бесхозном состоянии. Вы съездите, посмотрите!

Я, кстати, съездил, посмотрел на какие-то брошенные бетонные коробки, хотя можно было и не проверять - весь город о них знает. И что очистных современных у города так и нет, зато на новом ржевском кладбище хоронят прямо в воду, о чем снято на телефоны множество шокирующих видео.

- Все вязнет, все... как куда-то в вату... - толковал мне товарищ Артем, буквально ломая тонкие пальцы. Ленин со знамени как бы безмолвно спрашивал: «Ну как вам капитализм?»

- Я вам объясню, как у нас работает система власти, - пообещал Артем. - Вот пятиэтажный дом, его называли «дом Павлова», в нем лопнуло перекрытие. Управляющая компания сделала подпорку, но тогда стали расходиться стены. Полтора года шла переписка о признании дома аварийным. Тогда я просто позвонил в федеральное МЧС и сказал: «Дом рухнет». Людей начали выселять - просто отключая коммуникации. В общем, помогают только федеральные власти и федеральные СМИ.

Товарищ Артем посмотрел на меня с надеждой. Я спросил, конечно:

- Неужели перед 75-летием Победы не выделили денег?

- Выделили. Асфальт клали в лужи, дороги заузили - люди выли в соцсетях. Даже в местном заксобрании признали: «Сделали плохо». А это сотни миллионов рублей! И вообще, решат ли эти деньги проблему в целом? - спросил сам себя депутат. И сам ответил: - Нет. Если посмотреть статью, по которой эти деньги выделяют, там написано: «по маршруту следования официальных делегаций».

- А что-то хорошее у вас случается? - спросил я на прощание.

- У нас новый мэр, глаза горят, рвется в бой, всего два месяца работает.

- А прошлый?

- Прошлый проработал три. «Жертва дамбы», кстати. Видели ее, когда в город въезжали?

ВЫХОД ТАМ, ГДЕ ВХОД

Разговор с мэром Романом Крыловым начался с самопрезентации, но глава мне понравился. Технократ. Но не из бизнес-школы, всю жизнь проработал на производстве: от слесаря до зама гендиректора. Никуда из Ржева не собирается уезжать, патриот. Не бедный. По слухам, местные магазины запчастей «Бибика» принадлежат новому главе, поэтому мэра в народе ласково зовут Романом Бибиковичем.

- Отток молодежи из города - это главная проблема. Хорошо, хотя бы директора градо-

образующих предприятий у нас адекватные, учат молодежь за счет заводов. Но вообще я хочу затащить в город технический университет, - признался Роман.

Следующим утром мне стала понятна нынешняя структура власти в городе: я оказался на проходной ПО «Электромеханика». Там меня ждал один из последних «красных директоров» страны, Виктор Константинов, бывший начальник нового мэра. Человек, который сделал эту чертову дамбу на въезде в город. То есть делали ее все бизнесмены и даже местные собирали денежку в копилки - они висели в городских магазинах. Но если бы «красный директор» тогда не уперся, никакого бы въезда в город не было бы до сих пор. Вообще.

- Я плюнул на все и поехал к министру транспорта! У нас же целый район отрезан, 22 тысячи человек, - голос директора гремел под сводами цеха, где толпа людей готовила к отгрузке гигантские барокамеры для испытания корпусов ракет и фюзеляжей самолетов. Фотокора «КП» попросили даже убрать свой аппарат - секретность.

Я смотрел на станки для сварки, которые закупает во Ржеве хваленый немецкий «Сименс». Смотрел на устройства, единственные в мире, где получают кристаллы вольфрама размером 8 сантиметров, и думал, что «Сколково», конечно, строили не в том месте и не те люди. А «красный директор» продолжал говорить, что они продают не продукцию в чистом виде, а свои разработки, технологии. Что на квалифицированных позициях у них зарплаты сравнимы с московскими - от 80 до 140 тысяч. Но молодежь сложно удержать, потому что рядом большие города... Я не выдержал:

- А с Ржевом как быть?

«Красный директор» ответил туманно-бюрократически, но я его понял:

- Проблемы малых городов можно закрыть только внутренней кооперацией.

ВМЕСТО ПОСЛЕСЛОВИЯ

В современной истории Ржева меня поразил парадоксальный факт. На окраине города крупный агрохолдинг собирается запустить полный цикл производства и переработки мяса, вплоть до своего завода кормов (он уже построен). И жители города охотно идут работать в сельское хозяйство. «Месить навоз» - как презрительно бы сказали в столице. Первична здесь не работа, а зарплата, и агрохолдинг платит хорошо.

А зарплаты в провинции в целом унизительны.

Как мне рассказывали сотрудники администрации Тверской области, основные поступления в бюджет - это подоходные налоги, уплаченные гражданами. Круг замкнулся - с маленькими зарплатами денег на развитие среды и инфраструктуры у местной власти нет. Нет жизни, движения, нет смысла что-то развивать и изобретать, а хочется или уехать, или скорее дожить свой век.

ДОСЛОВНО

Иван ЕГОРОВ, министр экономики Тверской области:

- Ржев - это традиционно промышленный город, не вся промышленность пережила «эпоху повышения эффективности». Ржевский краностроительный завод, гигант, прекратил существование. Но перспективы у Ржева есть.
Это центр экономического роста для всего юго-запада области.

Мы 420 миллионов выделили на приведение в порядок всех дорог.
На детские площадки - 38 миллионов.
В бюджете региона заложены деньги на комфортную городскую среду Ржева. И мы понимаем, что такие малые города - это каркас территорий.

ПАМЯТЬ

Александр ТВОРДОВСКИЙ

Я убит подо Ржевом,

(фрагмент стихотворения)

В безыменном болоте,

В пятой роте, на левом,

При жестоком налете.

Я не слышал разрыва,

Я не видел той вспышки,-

Точно в пропасть с обрыва -

И ни дна, ни покрышки.

И во всем этом мире,

До конца его дней,

Ни петлички, ни лычки

С гимнастерки моей.

Я - где корни слепые

Ищут корма во тьме;

Я - где с облачком пыли

Ходит рожь на холме;

Я - где крик петушиный

На заре по росе;

Я - где ваши машины

Воздух рвут на шоссе;

Где травинку к травинке

Речка травы прядет, -

Там, куда на поминки

Даже мать не придет.

1946 г.



https://www.msn.com/ru-ru/news/article/почему-во-ржеве-до-сих-пор-разруха-как-после-войны/ar-BB10NW2j?li=BBoPOOh

Похожие материалы

Никто не решился оставить свой комментарий.
Будь-те первым, поделитесь мнением с остальными.
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]